короткие рассказы: Холодное пиво восемьдесят третьего

главная блог писателя электронные книги аудиокниги магазин

книги

оглавление:

Холодное пиво восемьдесят третьего

Читать рассказ с иллюстрациями Лены Карпинской...

Все что ни происходит – к лучшему, нет худа без добра, кривая вывезет, свинья не съест. Можно вспомнить еще немало подобных образчиков народной мудрости. Вера в то, что некто непостижимый и всемогущий заботливо ведет нас по жизни и не дает споткнуться, живет в человеке с раннего детства. У кого-то она сильнее, в ком-то, едва теплится. У многих в зрелом возрасте эта вера исчезает совсем, у других, наоборот, превращается в такое сильное чувство, по сравнению с которым религиозные фанатики представляются холодными и рассудочными философами-сангвиниками.

Многие люди верят в то, что как бы не сложились обстоятельства, неведомый благодетель непременно подстелит им соломку, и все равно выведет на заранее приготовленную персонально для них дорожку. В таких людях сильна вера в судьбу. Когда череда событий по независящим от них причинам приводит к незапланированному результату, они принимают самый неблагоприятный поворот событий без сомнений и сожалений, уверенно считая, что так было предопределено для их же блага. Они убеждены, что все вокруг происходит лишь с одной единственной целью – создать для них еще один кусочек личного счастья.

Защитив себе броней подобных рассуждений, они идут по жизни круша все вокруг, и калеча судьбы людей, неосторожно подвернувшихся на их пути.

Подобные мысли приходят мне на ум не так часто. Последний раз я рассуждал на эту тему поздним вечером, возвращаясь домой после одной вечеринки. В тот вечер мы собрались, как часто это делали своей компанией в доме моего старого знакомого. Большинство присутствующих составляли завсегдатаи дома, все хорошо знали друг друга. Мелькнуло несколько лиц, с которыми я был знаком шапочно, мы несколько раз встречались на концертах и на других мероприятиях или, как принято говорить теперь, тусовках. Был среди приглашенных и один совершенно незнакомый мне господин. Звали гостя Ефим Павлович. Это был мужчина среднего возраста, начинающий потихоньку красиво седеть, а местами и вовсе лысеть. Лицо и наружность Ефим Павлович имел весьма приятные. Было в нем что-то такое, что применительно к лошадям и собакам называют породистый, а в случае людей – благородным происхождением. Впечатление несколько портили землистый цвет лица, и чуть красноватый с проступающими жилками нос.

За столом мы оказались с ним соседями. Будучи человеком в компании новым, Ефим Павлович особо не участвовал в общем разговоре, а больше налегал на напитки и закуску.

– Эх, хороша водочка! – Мой сосед по столу со вкусом выпил очередную стопку водки, довольно тряхнул головой, поставил на стол опустевшую рюмку, и забросил в рот кусок маринованной селедки. Неожиданно он подавился и закашлялся.

– Запейте, – я заботливо предложил ему стакан с холодным пузырящимся пивом. Один вид запотевшего бокала с красивым прозрачным напитком вызывал жажду. Однако сосед отстраненно посмотрел на протянутый мной бокал и налил себе минеральной воды.

– Водка без пива – деньги на ветер, – неловко пошутил я.

– Дело в том, что я не пью пиво, – откашлявшись, сказал мой сосед.

– Как, – изумился я. – Вообще?

– Да, – ответил он.

– Странно, как-то. Водку пьете, а от пива отказываетесь.

– На то есть серьезная причина. В свое время я очень любил пиво и пил его с удовольствием. Но после одного случая, я не то что пить, видеть его больше не хочу.

Я вежливо улыбнулся, не поняв ничего из ответа. Сидевшие рядом с нами, также обратили на нас внимание.

Заметив, что от него ждут продолжения, мой сосед обратился к присутсвующим.

– Если вам и в самом деле интересно, то я могу рассказать эту свою историю.

Компания притихла. История человека, добровольно отказавшегося от пива заинтриговала всех присутствующих.

– Это произошло на фестивале, – начал Ефим Петрович. – В свое время я увлекался авторской песней, сам недурно играл на гитаре. Ну а это увлечение предполагает непременные поездки на всевозможные слеты и другие подобные мероприятия. Вы, конечно, знаете, что такое фестиваль авторской песни. Толпа молодых людей и молодящихся взрослых средних лет и выше, с рюкзаками и гитарами забирается куда-нибудь на природу, чтобы там спокойно предаться любимым порокам. Их занятия не так уж и многочисленны, но зато обязательны для исполнения всеми участниками. Пункт первый это, разумеется, сами песни. От участника фестиваля требуется одно из двух: либо умение эти песни петь, либо мужество их выслушивать. Совмещать эти занятия умудряются лишь самые стойкие. Это обычно специально приглашенные гости, которые сидят в жюри во время конкурсной программы. Эти же гости выступают и сами, таким образом компенсируя психологический стресс, полученный во время прослушивания конкурсных выступлений молодняка. Впрочем, я слегка утрирую. Позже, думаю, вы поймете и простите мне такой тон. Дело в том, что на фестивали с некоторых пор я тоже перестал ездить.

– А что было раньше, – ехидно спросил кто-то из присутствующих. – Вы бросили пить пиво, или перестали ездить на фестивали?

– Одновременно, – коротко объяснил рассказчик. На его лице отразилась целая гамма чувств. Ни одно из них не сулило ничего хорошего ни пиву, ни фестивалям. Мы замолчали в ожидании продолжения.

– Так, вот, – продолжил мой сосед. – Обстановка на фестивалях праздничная, неформальная. Так всегда бывает, когда в одном месте собирается большое количество творчески одаренных личностей, настроенных на общение друг с другом. Личности эти к тому же молодые и здоровые, поэтому общение продолжается и тогда, когда петь уже невмоготу. По мере того как в лагере темнеет, народ разбивается на пары и прячется в палатках. Особые энтузиасты и любители природы предается утехам в укромных уголках под открытым небом. Это, на самом деле, и есть вторая основная цель подобных мероприятий.

Про спиртное я не упоминаю, поскольку и так понятно. Провианта, случается, не всем хватает, но пиво и более крепкие напитки народ всегда запасает в достаточном количестве. К большому моему сожалению, как выяснилось позже. Что самое смешное, когда все произошло, я был совершенно трезв. Тем не менее, во всем происшедшем я виню исключительно только холодное пиво.

Гость замолчал. Компания, вконец заинтригованная таким вступлением, внимательно смотрела за ним. Все разговоры прекратились, мы сгрудились вокруг рассказчика. А он, как ни в чем ни бывало налил себе еще водки, и отработанным движением опрокинул ее в рот. Затем не торопясь поставил рюмку на место. Ефим Петрович был уверен, что аудитория в его распоряжении и приготовился к долгому основательному рассказу. Он прикурил новую сигарету от останков предыдущей, тлеющей перед ним в пепельнице, и, наконец, продолжил.

Этот фестиваль был у нашего гостя далеко не первый. Он многих знал в том мире, его знали еще больше людей. Приехал туда Ефим выступить в конкурсном концерте, и как следует отдохнуть после двух месяцев напряженной работы, когда они всем отделом заканчивали проект. Итак, все было в порядке: объект сдан, в конце месяца ждала премия, вместо отпуска за свой счет для поездки на фестиваль он умудрился оформить себе служебную командировку.

Прилетев в город, Ефим первым делом отправился на местный подшефный завод, где знакомая секретарша отметила ему в командировочном удостоверении сразу и приезд и отъезд, за что получила неизменную шоколадку. Девица окинула взглядом ладную фигуру командированного, с интересом задержала взгляд на его рюкзаке и гитаре, и одарила столичного гостя такой улыбкой, что тот на некоторое задумался о возможности задержаться на вечерок в городе. Однако он быстро вспомнил слухи об отношениях секретарши с директором завода, и решил не рисковать. Золотое правило гусаров гласит, что не следует мешать дела экономические и сердечные. Столичный ловелас очаровательно улыбнулся в ответ и исчез.

Через пару часов старенький пригородный автобус доставил Фиму к фестивальному лагерю. То есть не совсем к самому лагерю, кто же устраивает лагерь рядом с автобусной остановкой, пусть она даже расположена посреди глухой степи. Нет, до лагеря было еще полчаса пешего хода, с которым он справился не заметив расстояния. Настроение было самое приподнятое. У Фимы были приготовлены к конкурсу две новые песни, и по дороге он их распевал, чтобы отрепетировать. Двух песен на длинную пешую дорогу оказалось явно мало и автор на ходу стал сам себя пародировать, переделывая песни в стиле известных авторов. Фима шел строго по алфавиту: Визбор, Городницкий, Дольский, Кукин. Когда он добрался до Окуджавы за поворотом появился фестивальный лагерь.

Разбить палатку и поудобнее обустроиться, поздороваться и поболтать со знакомыми, зарегистрироваться у организаторов, все это заняло остатки первого фестивального дня. Ночевать Фима расположился неподалеку от палаток группы хорошо знакомых туристов. И вечер конечно же провел у них. Обычно ребята придерживались сухого закона. В походах спиртные напитки у них категорически запрещены. Для фестиваля же командир сделал послабление, и они привезли с собой пару канистр пива. Его и пили после ужина.

Фестиваль проходил в горах. Время – первомайские праздники. Внизу в долине стояла уже совершенно летняя погода, но здесь, в горном урочище было ощутимо прохладно. Дикие плодовые деревья еще только зацветали, погода была на самом переломе зимы к лету. Как водится в горах днем пекло солнце, и фланелевой рубашки с футболкой хватало за глаза. К вечеру, и особенно после захода солнца резко похолодало и Фимина нейлоновая пуховка пришлась очень кстати.

Вот в таких климатических условиях, не задумываясь о последствиях, Фима и пил холодное пиво у костра. Туристы болтали, обменивались новостями, пели песни. Гостеприимные хозяева только успевали разливать пиво по кружкам. В горах надо много пить. Я имею в виду банальное восполнение потери жидкости в организме, а не то, что вы подумали. Горные туристы и альпинисты хорошо знают это, и традиционно вечерами сидят у костра и пьют чай, по несколько кружек каждый. Это своего рода ритуал, когда все собираются вместе, обсуждают прошедший день и выясняет планы на следующий. При этом автоматически все пьют чай. В этот раз, по случаю праздника, к которому был приравнен фестиваль, вместо чая пили пиво.

Фима не учел одного фактора – пиво было холодное. Все было хорошо до следующего утра. Только тогда Ефим узнал, как действует на голосовые связки холодное пиво, выпитое вечером на свежем горном воздухе. Проснувшись утром он не узнал своего голоса. Мало того, что он осип – Фима обнаружил, что стремительно, на глазах просто теряет голос совсем. С каждым часом он говорил все тише и неразборчивее. Что странно, не было никаких побочных явлений: ни простуды, ни других болезненных ощущений, даже горло не болело. А вот говорить стало почти невозможно.

Можно понять Фимино состояние, и посочувствовать ему. В самом деле: парень летел самолетом в другую республику, потратился на такси из аэропорта, трясся в пригородном автобусе, тащился с тяжелым рюкзаком в гору – и все лишь для того, чтобы вечерком попить холодного пива?! Он был вне себя. Во второй половине дня начинался концерт, на котором надо выступать. А петь было нечем. Фима отправился к организаторам и страдальческим шепотом поведал о своей беде. Они договорились, что если к началу концерта Ефим еще будет в состоянии произнести пару слов, то его выпустят первым.

В оставшееся до концерта время туристы отпаивали бедолагу горячим чаем с какими-то травами, которые уже успели насобирать в окрестностях. Похоже, что травы и в самом деле обладали определенными лекарственными свойствами. Но я думаю, что больше помог психологический настрой, уж очень было обидно лишиться голоса перед самым концертом. Так или иначе, но к началу концерта Фима мог разговаривать и даже петь. К счастью, жанр авторской песни не предъявляет особых требований к вокальным способностям выступающих. Смог человек внятно вывести нехитрую мелодию, вот и хорошо. Под этим лозунгом наш герой и исполнил обе песни. Небольшая хрипотца только добавила выступлению этакого мужского шарма.

Погода в тот день стояла пасмурная; когда он заканчивал вторую песню пошел легкий снежок, который впрочем быстро растаял. Но свое дело погода сделала. Много позже, когда Фима уже вовсю лечился врачи сказали ему, что тогда на фестивале он сделал все возможное, чтобы на всю жизнь повредить себе голосовые связки. Впоследствии, медицина и время свое дело все же сделали. К Фиме вернулся нормальный голос. Правда по ряду причин гитару в руки он так больше и не брал.

Сойдя со сцены Фима умолк. Он полностью потерял голос, и мог объясняться только жестами. Концерт окончился, наступил вечер. В разных местах лагеря загорелись костры, оттуда доносились звуки песен, смех, неторопливые разговоры. Фима, как привидение бродил между кострами. Его узнавали, приглашали к костру. Он присаживался. С ним заговаривали, предлагали что-нибудь спеть. Когда Фима показывал, что не может говорить, интерес к нему угасал, и собравшиеся у костра быстро забывали о нем. Тогда он поднимался еще более угрюмый и злой на судьбу, и шел к другому костру. Там все повторялось.

Таким образом Фима добрел до небольшого костерка, стоящего несколько поодаль, недалеко от его палатки. Поэтому он и наткнулся на этот костер – Фима уже собирался отправиться спать и направлялся к себе. У костра сидела небольшая компания, три молодых паренька и две миловидные девушки. Фима молча присел с краю и стал наблюдать за происходящим, уж больно странно они вели себя.

Парни вовсю старались произвести впечатление. Они чуть не вырывали друг у друга гитары, вспоминали все новые и новые песни. Девушки слушали без большого энтузиазма. Невооруженным взглядом было видно, что они уже наслушались этого добра под завязку и выше. Если что они и смогли бы теперь нормально выслушать, так это Леонтьева. Под него хотя бы танцевать можно, а девицы явно засиделись.

Одна из них привлекла Фимино внимание. В отличие от подруги, девушка откровенно скучала. Ее не трогали самые прочувственные песни из классики жанра, не брали за душу проверенные годами бардовские хиты. Она не смеялась, да что там, даже краешком рта не улыбалась самым смешным и веселым песням. Ее подруга слушала более внимательно и вежливо, показывая закалку старого любителя. Но и ей было уже не по себе.

Парни явно терпели крах, но не признавались в этом и продолжали терзать уши своих слушательниц. Девушки временами переглядывались и лишь пожимали плечами. После появления у костра Фимы, ситуация несколько изменилась. Девушки бросали на него взгляды и тихонько перешептывались о чем-то своем, девичьем. Фима понял, что пора действовать. Не говоря ни слова он поднялся, подошел к той из девушек, которая скучала сильнее и взял ее за руку. Та удивленно подняла на него глаза. Фима, по-прежнему молча (а что ему оставалось делать!) потянул ее за собой. Девушка встала и как загипнотизированная пошла за Фимой. Через минуту они были возле его палатки. Тут Фима остановился, развернул спутницу лицом к себе и поцеловал в губы. Девушка без удивление ответила на поцелуй. Еще через минуту они очутились в палатке. Второй пункт обязательной программы тоже был выполнен.

Весь остаток ночи Фима с Майей проболтали. Говорила, разумеется в основном Майя; Фима же ограничивался кивками и короткими замечаниями. Быстро выяснилось, что Фима с Майей живут в одном городе. Подобное почти невероятное совпадение объяснялось тем, что Майя приехала в республику в гости к старой подруге, которая там работала по распределению после института. Именно эта подруга и предложила Майе поехать на фестиваль. Подруга была ревностным поклонником жанра и никак не могла пропустить такое мероприятие. Майя, которая раньше особенно не интересовалась авторской песней все же поехала, чтобы не остаться одной в незнакомом городе.

Майя всю ночь подробно перечисляла все цепочку событий, которые свели их вместе. Все это неспроста, повторяла она. Такое случайно не бывает. Даже если специально все подготавливать, объясняла она Фиме, то вероятность нашей встречи ничтожно мала. А вот видишь, встретились. Тут под избытком чувств она поцеловала Фиму и на некоторое время разговоры снова прервались.

Способность нормально разговаривать вернулась к ним уже утром. Пора было сворачивать палатки и возвращаться домой. Тут то и выяснилось, что лететь обратно Майе и Фиме предстоит одним рейсом. Это окончательно убедило Майю в том, что без вмешательства свыше тут не обошлось. Она так и заявила Фиме, что это рука судьбы и против этого идти нельзя.

Фима, как и большинство мужчин, считал, что в судьбу не верит, а верит в свободу воли. Однако под воздействием сложившихся обстоятельств, а главное после убедительных разговоров своей подруги, он тоже стал задумываться, а может быть и в самом деле все было предназначено именно для того, чтобы они повстречались? В любом случае, он был не прочь продолжать отношения и в Москве. Похоже парень тоже влюбился, хотя еще и не признавался себе в этом.

Майя же была в полном восторге от случившегося. Она находилась в стадии острой влюбленности, помноженной на уверенность в том, что судьба послала ей именно того человека, который ей предназначен. Иначе зачем было городить столько несуразных случайностей? Нет, конечно же вся эта цепочка нелепостей была создана специально с единственной целью познакомить Майю со своим суженным.

Роман развивался бурно и стремительно. Все свободное время Фима проводил с Майей. Ему даже некогда было всерьез заняться своим горлом. А голос по-прежнему не возвращался. Нет, конечно Фима мог объясниться с окружающими, но этим все и ограничивалось. Со свойственной молодости беспечностью Фима не торопился обратиться к врачам. А Майю, казалось, это не беспокоило. Еще тогда, на второй день их знакомства, по дороге с фестиваля она радостно приняла на себя все заботы по общению Фимы с окружающими. Эта так ей понравилось, что и в Москве она продолжала трогательно опекать своего друга когда они находились вместе.

Дело кончилось скоропалительной свадьбой. Постепенно все установилось на свои места. Любовный угар прошел, началась нормальная семейная жизнь. Под давлением родителей Фима все же прошел полный курс лечения и к нему в полной мере вернулся голос. В положенный срок у них родился мальчик, а через год – девочка.

На этом Ефим Павлович и закончил рассказ. Все недоуменно переглянулись. Мы чувствовали себя обманутыми. Действительно, вместо ожидаемого триллера нам подсунули обычную мелодраму. Повисла пауза, во время которой Ефим успел выпить еще одну рюмку и стал откровенно кивать носом. Наконец кто-то не выдержал и напрямую спросил:

– Я так и не понял, что страшного в том, что вы женились на Майе, что у вас есть семья и дети?

Ефим Павлович поднял голову и обвел присутствующих затуманившимся взглядом.

– А, – протянул он. – Значит самое главное я и забыл сказать. Видите ли, той ночью в палатке эта дура решила, что я так и буду молчать всю жизнь! Только потом, когда ко мне вернулся нормальный голос, я понял, что именно имела в виду Майя, когда твердила, что меня послала ей сама судьба.

С этими словами гость опустил голову на стол и окончательно заснул. Мы молча переглядывались. Разговаривать никому не хотелось.

Евгений Якубович

оглавление:

 

Санитарный инспектор Программист для преисподней Кодекс джиннов Сборник рассказов - фантастика Сборник рассказов - проза Программист для преисподней Санитарный инспектор